x x x
Негромкий звук за моей спиной вывел меня из оцепенения. Развернувшись, я с изумлением уставился на первого встреченного мной жителя Альмарика. И каким бы грозным и враждебным он ни казался, я почувствовал некоторое облегчение -- скованные льдом вены мгновенно оттаяли, и ко мне вернулась частица былой храбрости. То, что можно увидеть и пощупать -- всегда меньше пугает, чем неведомое и невидимое.
Сначала я подумал, что передо мной стоит горилла. Но, присмотревшись, я понял, что это все-таки человек. Хотя таких людей не видел еще ни один житель Земли -- в этом я готов поклясться.
Он был ненамного выше меня ростом, но значительно шире в плечах и крепче сложен. Мышцы буграми покрывали его руки и ноги. На незнакомце был накинут какой-то кусок ткани, похожей на шелк, перепоясанный широким кожаным ремнем. На ремне висел большой кинжал в кожаных ножнах. На ногах человека были плетеные сандалии с высокой шнуровкой. Но все эти детали я заметил лишь краем глаза, потому что мое внимание было приковано к лицу незнакомца.
Вообразить или описать такое -- будет весьма нелегким делом. Голова этого человека крепко сидела на короткой, почти невидной шее, на широких плечах. Квадратный волевой подбородок выдавался вперед, и когда тонкие губы незнакомца разомкнулись с рычащим звуком, вырвавшимся из глотки, я разглядел у него во рту длинные, острые, словно наконечники стрел, клыки. Короткая густая борода росла на его подбородке, а над верхней губой топорщилась щетка пышных усов. Приплюснутый нос едва выдавался вперед; лишь широкие ноздри постоянно вздрагивали, принюхиваясь к шедшему от меня запаху. Маленькие, налитые кровью глаза вцепились в меня, сверкая ледяной серой сталью. Лоб незнакомца был узок и покат, а с головы свисали космы густых черных волос, прикрывавшие маленькие, плотно прижатые к черепу уши.